С. Л. Углев
Углев Семён Леонидович – психотерапевт, психолог, философ. Член Российского cоюза писателей, член ЕКПП, специалист Российской психотерапевтической ассоциации (РПА), действительный член и аккредитованный супервизор ОППЛ, сертифицированный специалист ICAgile (ICP-ATF). Область научных и профессиональных интересов: онтология психотерапии и психоанализа, философия техники в контексте современного терапевтического взаимодействия, трансформация человеческого опыта в цифровую эпоху, нравственные аспекты психотерапевтического процесса.
Статья опубликована: Углев С. Л. (2026). Онтологические основания психоанализа: интерсубъективное конституирование смысла и трансцендентный источник бытия. Журнал клинического и прикладного психоанализа, 7(3), 125-131. извлечено от https://psychoanalysis-journal.hse.ru/article/view/43087
В статье проводится концептуальное различение двух онтологических линий в современном психоанализе: интерсубъективной модели совместного созидания реальности, представленной в работах Т. Огдена, А. Ферро, Ф. Маццакане, Дж. Чивитарезе и Дж. Фёля, и модели, рассматривающей бытие как исходящее из трансцендентного источника и восходящей к неоплатонической и христианской метафизической традиции. Показано, что указанные линии по-разному трактуют природу аналитического третьего, происхождение смысла и генезис терапевтических изменений. Выявлены философские основания обеих моделей: для первой – феноменология интенциональности и интерсубъективности, для второй – онтологические и метафизические концепции бытия. Делается вывод, что различие между этими подходами имеет не только теоретическое, но и клиническое значение, поскольку определяет понимание роли аналитика, статуса символизации и природы психоаналитического процесса.
Ключевые слова: онтологический психоанализ, онтоанализ, интенциональность, интерсубъективность, трансцендентность, аналитическое поле, аналитическое третье, феноменология.
Современный психоанализ все более отчетливо обнаруживает онтологическую проблематику, выходящую за рамки классической герменевтики бессознательного. Если ранее ведущим был вопрос о скрытом содержании симптома и его интерпретации, то в новейших моделях психоаналитической теории и практики акцент смещается к исследованию способов бытия субъекта, условий возникновения смысла и статуса аналитической встречи как события (Ferro, Civitarese, 2015; Foehl, 2020; Husserl, 1999; Ogden, 1994).
В этом контексте можно выделить две влиятельные онтологические линии.
Первая линия трактует бытие и смысл как возникающие в интерсубъективном поле. Она связана с феноменологической традицией, прежде всего с проблемой интенциональности и конституирования опыта, и получает развитие в теориях аналитического поля, аналитического третьего и совместного сновидения аналитической пары (Ferro, Civitarese, 2015; Foehl, 2020; Husserl, 1999; Ogden, 1994). В рамках этой позиции смысл не предзадан и не извлекается из некоего готового глубинного содержания; он складывается в процессе совместного переживания, символизации и нарративного оформления опыта (Ferro, Civitarese, 2015; Foehl, 2020; Ogden, 1994).
Вторая линия исходит из предпосылки, что бытие не исчерпывается интерсубъективным конституированием и восходит к более глубокому, трансцендентному источнику. В таком подходе смысл не просто производится внутри терапевтического взаимодействия, а раскрывается как отзвук или проявление онтологического порядка, превосходящего эмпирическую диаду аналитика и пациента (Heidegger, 1962; Marcel, 1951; Николай Кузанский, 2011). Эта линия философски соотносится с неоплатонической традицией, христианской метафизикой, а также с теми версиями экзистенциальной онтологии, в которых вопрос о бытии не сводится к конструктивистской модели субъективности (Heidegger, 1962; Marcel, 1951; Николай Кузанский, 2011).
Цель статьи – концептуально развести указанные две ветви онтологического психоанализа, выявить их философские основания и показать, каким образом различие между ними проявляется в трактовке аналитического третьего, смысла и генезиса изменений в психотерапии.
Методология
Методологическую основу исследования составляет сравнительный анализ философских и психоаналитических текстов. Используются методы концептуального анализа, историко-философской реконструкции и сопоставления клинических моделей. В качестве философских опор рассматриваются идеи Э. Гуссерля, М. Хайдеггера, Николая Кузанского и Г. Марселя. Психоаналитический материал представлен работами Т. Огдена, А. Ферро, Ф. Маццакане, Дж. Чивитарезе и Дж. Фёля (Ferro, Civitarese, 2015; Foehl, 2020; Heidegger, 1962; Husserl, 1999; Marcel, 1951; Николай Кузанский, 2011; Ogden, 1994).
Такой подход позволяет не только описать различие между двумя онтологическими линиями, но и реконструировать те предпосылки, которые определяют их понимание субъекта, опыта, символизации и терапевтического изменения. При этом анализ носит теоретико-методологический характер и не предполагает эмпирической верификации в пределах настоящей статьи.
Интерсубъективная модель: бытие как совместное созидание
Интерсубъективная ветвь онтологии психоанализа опирается на феноменологическую традицию и развивает ее в клиническом измерении. Ее центральная установка состоит в том, что смысл и психическая реальность не являются полностью готовыми образованиями, предшествующими встрече аналитика и пациента. Напротив, они возникают и оформляются в пространстве совместного переживания, в котором субъективности взаимно преобразуют друг друга (Ferro, Civitarese, 2015; Foehl, 2020; Husserl, 1999; Ogden, 1994).
Т. Огден различает эпистемологический и онтологический психоанализ. В первом случае акцент ставится на знании, интерпретации и раскрытии скрытого содержания; во втором – на создании условий, в которых пациент может становиться тем, кем он еще не был. Психоанализ в таком понимании представляет собой не извлечение уже наличной истины, а событие становления. Категория аналитического третьего описывает особую реальность, которая не принадлежит ни пациенту, ни аналитику в отдельности и возникает как продукт их совместного участия (Ogden, 1994, p. 3–19).
А. Ферро и Дж. Чивитарезе развивают постбионианскую теорию аналитического поля. В ней поле понимается как динамическое пространство циркуляции аффектов, фантазий, образов и еще не символизированных переживаний. Аналитическая работа предстает как процесс совместного сновидения, в котором перерабатывается эмоциональный материал и рождаются новые формы символизации. В этой модели смысл не открывается как заранее существующий порядок, а производится в ходе диалогического и аффективного взаимодействия (Ferro, Civitarese, 2015).
Ф. Маццакане также подчеркивает полевую и интерсубъективную природу клинического процесса. Для него терапевтическое изменение связано с возможностью совместного удерживания аффекта, преобразования сырых эмоциональных состояний в переживаемую и рассказанную форму. Нарратив здесь не просто описывает опыт, а участвует в его возникновении как форма психической реальности.
Дж. Фёль, опираясь на феноменологию М. Мерло-Понти и экзистенциально-феноменологическую традицию, трактует клинический процесс как онтологическое событие в феноменальном поле. Его понятие «проживаемой глубины» фиксирует не скрытую субстанцию субъекта, а то измерение опыта, которое рождается в соприсутствии, телесной вовлеченности и диалогической открытости. Здесь глубина не предшествует отношению, а раскрывается внутри него (Foehl, 2020).
Философским основанием этой ветви может служить гуссерлевское понимание интенциональности, расширенное в сторону интерсубъективности. Сознание всегда есть сознание о чем-то, однако сам смысл опыта конституируется не в полной изоляции субъекта, а в пространстве отношения к другому. В этом контексте психоаналитическое поле может пониматься как особая форма совместного конституирования мира переживания (Husserl, 1999).
Трансцендентная модель: бытие как исходящее из абсолютного источника
Вторая онтологическая линия исходит из того, что бытие не может быть полностью объяснено как продукт интерсубъективного конституирования. Она предполагает наличие более глубокого основания, которое не создается субъектом и не сводится к диалогической динамике. Смысл здесь выступает не как производное совместной символизации, а как раскрытие того, что укоренено в трансцендентном источнике (Heidegger, 1962; Marcel, 1951; Николай Кузанский, 2011).
В этом отношении важное значение имеет мысль Николая Кузанского. Его принцип coincidentia oppositorum выражает идею совпадения противоположностей в Абсолюте, тогда как множественный мир мыслится как разворачивание божественного единства. Познание в такой перспективе есть движение от рассеянности множественного к единству, которое не может быть исчерпано рациональным определением и потому предполагает docta ignorantia – ученое незнание. Бытие здесь не конституируется, а созерцается как уже превосходящее субъект основание (Николай Кузанский, 2011).
Г. Марсель противопоставляет объективирующему отношению к миру опыт онтологического таинства. Для него бытие не является предметом внешнего овладения, а открывается в причастности, верности, надежде и любви. Отношение к Другому и к Трансцендентному носит характер призыва и ответа, а потому онтологическая глубина не производится сознанием, а обнаруживается в экзистенциальной вовлеченности. Такая постановка вопроса особенно важна для тех психоаналитических интерпретаций, которые видят в терапии не только переработку аффекта, но и доступ к предельным измерениям человеческого существования (Marcel, 1951).
М. Хайдеггер переосмысляет интенциональность в горизонте вопроса о бытии. Для него человеческое существование изначально открыто миру не в качестве познающего субъекта, а как Dasein, находящееся в структуре понимания, заботы, времени и языка. Тем самым интенциональность приобретает онтологический смысл: речь идет уже не столько о направленности сознания, сколько об исходной открытости бытию. Эта перспектива позволяет мыслить терапевтический процесс как событие раскрытия, а не только как построение новых значений (Heidegger, 1962).
В психоаналитическом контексте указанная линия предполагает, что аналитическое третье не обязательно должно пониматься исключительно как продукт совместного порождения. Оно может рассматриваться как феномен, в котором обнаруживает себя более глубокий онтологический порядок. Тогда терапевтическое изменение связано не только с конструированием новых смыслов, но и с раскрытием того измерения бытия, которое предшествует и аналитику, и пациенту как участникам диалога (Heidegger, 1962; Marcel, 1951; Николай Кузанский, 2011).
Разведение двух ветвей: аналитическое третье и генезис изменений
Ключевое различие между рассмотренными онтологическими моделями касается прежде всего статуса аналитического третьего, происхождения смысла и понимания терапевтических изменений.
В интерсубъективной модели аналитическое третье представляет собой продукт совместного созидания. Оно возникает в динамике отношений, в переработке аффекта, в совместном сновидении и нарративном оформлении опыта. Соответственно, роль аналитика состоит в том, чтобы поддерживать пространство, внутри которого могут возникнуть новые формы переживания, самопонимания и символизации (Ferro, Civitarese, 2015; Ogden, 1994).
В трансцендентной модели аналитическое третье имеет более глубокий онтологический статус. Оно не сводится к результату взаимодействия двух субъективностей, а мыслится как проявление порядка, превосходящего эмпирическую диаду. В таком случае аналитик не только соучаствует в порождении смысла, но и способствует раскрытию того измерения бытия, которое не создается терапевтической парой, а становится доступным через нее (Heidegger, 1962; Marcel, 1951; Николай Кузанский, 2011). Различие проявляется и в понимании генезиса изменений. В первом случае изменения происходят главным образом за счет формирования новых символических и нарративных структур, возникающих в диалогическом поле. Во втором – благодаря открытию более фундаментального горизонта бытия, что придает изменениям характер не только психодинамической переработки, но и онтологического прояснения (Ferro, Civitarese, 2015; Foehl, 2020; Heidegger, 1962; Husserl, 1999; Marcel, 1951; Николай Кузанский, 2011; Ogden, 1994).
Соответственно различаются и технические установки. Интерсубъективная ветвь тяготеет к работе с полем, совместным сновидением, аффективной циркуляцией и нарративным конструированием (Ferro, Civitarese, 2015; Foehl, 2020; Ogden, 1994). Трансцендентная линия делает акцент на символической глубине, метафизическом измерении опыта, предельных вопросах смысла, конечности, надежды и присутствия (Heidegger, 1962; Marcel, 1951; Николай Кузанский, 2011).
Заключение
Проведенный анализ позволяет различить две основные онтологические ветви современного психоанализа. Первая трактует бытие как возникающее в интерсубъективном поле и акцентирует совместное конституирование смысла. Вторая исходит из того, что бытие укоренено в трансцендентном источнике и потому смысл не только создается, но и раскрывается (Ferro, Civitarese, 2015; Foehl, 2020; Heidegger, 1962; Husserl, 1999; Marcel, 1951; Николай Кузанский, 2011; Ogden, 1994).
Это различие имеет принципиальное значение для понимания аналитического третьего, роли аналитика и природы терапевтических изменений. В интерсубъективной перспективе терапия предстает как пространство совместного становления новых смыслов и форм субъективности. В трансцендентной – как событие прикосновения к более глубокому порядку бытия, который обнаруживается в человеческом опыте, но не исчерпывается им (Ferro, Civitarese, 2015; Foehl, 2020; Heidegger, 1962;
Marcel, 1951; Николай Кузанский, 2011; Ogden, 1994).
Перспективным направлением дальнейших исследований может стать разработка интегративных моделей, способных удерживать продуктивность обеих установок: признание интерсубъективной природы символизации и одновременно открытость к тем измерениям бытия, которые не сводимы к конструктивистскому пониманию опыта.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
- Николай Кузанский. Об ученом незнании. М.: Академический проект, 2011.
- Ferro A., Civitarese G. (2015) The Analytic Field and Its Transformations. London: Karnac Books.
- Foehl J. C. (2020) Lived Depth: A Phenomenology of Psychoanalytic Process and Identity. Psychoanalytic Inquiry. Vol. 40. No. 2. P. 131–146.
- Heidegger M. (1962) Being and Time. New York: Harper & Row.
- Husserl E. (1999) Cartesian Meditations: An Introduction to Phenomenology. Dordrecht: Kluwer Academic Publishers.
- Marcel G. (1951) The Mystery of Being. Vol. 1: Reflection and Mystery. London: The Westminster Press.
- Ogden T. H. (1994) The Analytic Third: Working with Intersubjective Clinical Facts. International Journal of Psychoanalysis. Vol. 75. Pt. 1. P. 3–19.
Ontological Foundations of Psychoanalysis: Intersubjective Construction of Meaning and the Transcendent Source of Being
S. L. Uglev
Uglev Semjon L., a psychotherapist, psychologist, and philosopher. He is a member of the Russian Union of Writers, a member of the ECPP, a specialist of the Russian Psychotherapeutic Association (RPA), a full member and accredited supervisor of the Professional Psychotherapeutic League (PPL), and a certified ICAgile specialist (ICP-ATF). His main scientific and professional interests include the ontology of psychotherapy and psychoanalysis, the philosophy of technology in the context of contemporary therapeutic interaction, the transformation of human experience in the digital age, and the moral aspects of the psychotherapeutic process.
The article makes a conceptual distinction between two ontological lines in contemporary psychoanalysis: an intersubjective model of the joint creation of reality, represented in the works of T. Ogden, A. Ferro, F. Mazzacane, G. Civitarese, and J. Foehl, and a model that regards being as originating from a transcendent source and rooted in the Neoplatonic and Christian metaphysical tradition. It is shown that these lines differ in their interpretation of the nature of the “analytic third,” the origin of meaning, and the genesis of therapeutic change. The philosophical foundations of both models are identified: for the first, phenomenology of intentionality and intersubjectivity; for the second, ontological and metaphysical conceptions of being. It is concluded that the difference between these approaches has not only theoretical but also clinical significance, since it determines how the analyst’s role, the status of symbolization, and the nature of the psychoanalytic process are understood.
Keywords: ontological psychoanalysis, ontoanalysis, intentionality, intersubjectivity, transcendence, analytic field, analytic third, phenomenology.